Дело Мастера: кожаный путь Павла Мисюрина Featured Дело Мастера

фото Денис Богомолов для проекта «Дело Мастера» на «Живом Волгограде»

В центре комнаты стоит разобранный стол, на котором разложен большой «кусок» кожи. Это будущий рюкзак-скрутка. Заказ пришел — сделать парную модель «для него и для нее». Мужской вариант уже готов и ожидает своей очереди на диване. По периметру стола разложены ножницы, ножи и молотки, заклепки, средства для очистки кожи, белые «кирпичики» воска и множество других незнакомых мне предметов и инструментов.

Кожа повсюду: разноцветная, телячья, в рулонах у окна, более тонкая, свиная (она, как выяснилось, годится только для подкладки), аккуратно завернута по пакетам. В углу стоит легендарная швейная машинка Singer, оставшаяся в наследство от бабушки. Пока я разглядываю шикарные дорожные саквояжи с итальянской фурнитурой (гордость мастера), кожевник Павел Мисюрин рассказывает мне свою историю. Павел стал первым героем совместного проекта фотографа Дениса Богомолова и «Живого Волгограда» — «Дело Мастера». Это проект о волгоградских ремесленниках, сделавших хобби главным занятием своей жизни.

«Дай бог здоровья тем казакам»

В жизни кем я только не был. За плечами у меня профессий 30, а может даже 40. Я точно не считал. Кожей я занимаюсь с 2010 года. До этого я занимался реставрацией автомобилей, полировал крупные детали. Наш цех полировал все, что блестит на машине. Но, как часто бывает в жизни, денег не особо хватало. Да и всегда ищешь что-то получше, поинтереснее. Так я оказался на одной из небольших фабрик Волгограда, где казаки, дай бог им здоровья, научили меня работать с кожей. Сначала я пришел к ним на работу всякие пряжки полировать. Но полировки там оказалось немного. А поскольку я товарищ скоростной, то уже за месяц сделал полугодовую норму. Так как свои дела я быстро закончил, мне предложили работать с кожей.

Начинал с простейших моделей: ремни, портупеи. Не скажу, что меня захватил процесс, но на тот момент для меня это было что-то новое. Года три-четыре я на этой фабрике проработал. А потом у моей супруги как-то «сработался» кошелек. Я подумал: «А почему бы мне самому не сшить ей его?» Вот с этого и началась моя история.

Любое изделие из кожи через пять-шесть лет выглядит даже лучше, чем сразу после изготовления. Дело в системе автополировки. С возрастом такая вещь становится еще интереснее.

Потом появились первые заказы, и вскоре я ушел от казаков. Кстати, моя жена до сих пор ходит с этим кошельком и не собирается его менять на новый. Потому что любое изделие из кожи через пять-шесть лет выглядит даже лучше, чем сразу после изготовления. Дело в системе автополировки. С возрастом такая вещь становится еще интереснее.

От классики до «рванины»

Логотип появился года два назад. Когда изделия пошли к людям, дочка сказала, что пора уже что-то придумывать. Но руки у нее до этого не дошли, и я начал сам копать. Ну и накопал. Сейчас все это называется кожей, а в древности, когда еще было язычество, кожа на Руси называлась «усма», а люди, которые с ней работали, назывались «усмарями». Так появился логотип USMAR. Сосед-дизайнер помог это все красиво оформить. Сделали логотип на английском, так как это слово не переводится, а наши изделия там уже появляются. Пусть за границей ломают голову, что это означает.

Дело Мастера: кожаный путь Павла Мисюрина Featured Дело Мастера
фото Денис Богомолов для проекта «Дело Мастера» на «Живом Волгограде»

Шью абсолютно все – от браслетов до дорожных саквояжей, но по натуре я «сумочник». Это мое любимое дело. Когда я нахожусь среди людей, в первую очередь обращаю внимание на то, какие у них сумки. Такие как я — ненормальные мужики. Нормальные, когда едут в общественном транспорте, разглядывают девчонок классных. А мы рассматриваем их сумки.

Я часто езжу по выставкам, ярмаркам, вижу, как работают другие мастера. Большинство все-таки стараются гнаться за модой и делать изделия, похожие на фабричные. Я иду с этим вразрез. К примеру, я делаю сумки с виниловыми пластинками, настоящие саквояжи. Это то, что выделяет человека из толпы. Саквояжи я вообще обожаю и с ними не расстаюсь. Даже за хлебом с ними хожу.

В итоге девушка покупает эту «рванину» и произносит: «Такой страшной сумки у меня еще не было!». Я это никогда не забуду. Самый потрясающий комплимент в моей жизни.

Я делаю чисто классические вещи, но иногда шью что-то нестандартное. Вот у меня была сумка, которую я называл «рванина». Берешь край кожи, делаешь на нем надрезы и вставляешь туда другую. На выставке в Питере у меня была такая модель – черная с красным. Смотрелась она необычно, напоминала кофр на мотоцикл. Одна девушка подошла к нам, долго рассматривала сумку. Она обошла всю выставку, всех мастеров и в финале вернулась к нам. Но я никогда не уговариваю покупателя приобрести мою сумку. Пусть человек сам подумает, взвесит и решит, нужно ли ему это. Вещь покупается не для того, чтобы она валялась, она должна носиться. В итоге девушка покупает эту «рванину» и произносит: «Такой страшной сумки у меня еще не было!». Я это никогда не забуду. Самый потрясающий комплимент в моей жизни.

Кстати, Питер я очень люблю. Часто там бываю на выставках. С Москвой пока таких отношений не сложилось. А может, я не дорос до столичных выставок. Там участие стоит гораздо дороже, чем в Питере.

Дело Мастера: кожаный путь Павла Мисюрина Featured Дело Мастера

фото Денис Богомолов для проекта «Дело Мастера» на «Живом Волгограде»

Натуральная кожа не бывает легкой

Я не дизайнер, поэтому идеи черпаю из интернета. Увидел картинку и понял, что хочу сделать такую сумку. Некоторые детали я придумываю сам, иногда что-то дочь подсказывает. Из всего рабочего процесса мне больше нравится момент, когда оцениваешь готовое изделие. Хотя процесс выделки, полировки кожи с помощью дрели, он тоже захватывает. Не просто кисточкой какой-то красишь, а именно дрелью. Где-то надавить, где-то придавить, больше – кожа затемняется, меньше – наоборот, светлеет. Здесь не требуются красители. Единственное, использую итальянскую полироль и специальную жидкость для блеска. И этот блеск с годами не уходит. Такие кожаные изделия не требуют особого ухода. Максимум — это использование обычного бесцветного воска. Мудрить здесь не надо.

Надо любить свое дело, надо этим жить. Когда-то я писал стихи, и они мне нравились, а теперь для меня работа с кожей стала своего рода поэзией. Я беру дрель и делаю на саквояже разводы, оттенки.

Настоящая кожа, она не протирается. Я знаю, с какой кожей имею дело. Многие хотят платить за бренды, но это не всегда гарантирует высокое качество. При этом не забывайте, что натуральная кожа никогда не бывает легкой. Когда приходите в магазин покупать кожаную сумку, обращайте внимание на ее вес. Если она легкая, я бы начал сомневаться, что это кожаное изделие. Срок службы моих изделий – лет 15. Потом нитки начинают терять свои свойства. Но такие изделия без проблем можно отреставрировать.

Дело Мастера: кожаный путь Павла Мисюрина Featured Дело Мастера
фото Денис Богомолов для проекта «Дело Мастера» на «Живом Волгограде»

Чтобы качество изделий улучшалось, надо любить свое дело, надо этим жить. Когда-то я писал стихи, и они мне нравились, а теперь для меня работа с кожей стала своего рода поэзией. Я беру дрель и делаю на саквояже разводы, оттенки. Начинал я работать с толстой кожей. Когда появился заказ на сумку-кобуру из тонкой кожи, я недели две думал, браться за это или нет. Но в итоге все сделал, клиент остался доволен. Больше всего мне нравится шить вещи, за которые я никогда ранее не брался. На тонкой коже руками шить не будешь. Это некрасиво и грубо. А на толстой – можно. Правда, сейчас времени катастрофически не хватает. Вот у меня стоит педальная машинка Singer, она по любой коже шьет. Досталась она мне от бабушки. Она тоже шила. И отец мой. Я все это видел, хотя меня никто этому делу никогда не учил. Жизнь научила.

Помню, на одной из выставок в Крыму парень купил у меня саквояж в подарок своей сестре. Он сказал, что его знакомый тоже занимается кожей и удивился, что у меня чистые руки, без мозолей. Я говорю ему: «Так Вы не видели, как я начинал! Я через это уже прошел. Сейчас все мозоли на руках «прибились». А тогда…»

Секреты настоящего мастерства

Самое главное в моей работе — не шитье. Шить многие могут, а вот найти своего клиента могут лишь некоторые. Сейчас есть много мастеров, часто проходят мастер-классы. Людей учат работать с кожей, но не учат, как подавать и продавать свои изделия. А ведь важно шить то, что будет нравиться покупателям. Помню, на выставке в одном из наших торговых центров ко мне подошел мужчина. Я заметил, какой у него отличный клатч. Разговорились мы с ним, я ему: «Клатч у вас классный!». А он отвечает, что этот клатч делал я пару лет назад. А я его даже не узнал! Он обтерся и стал только лучше. Наверное, настоящее мастерство и заключается в том, чтобы спустя годы встречать людей со своими вещами и восхищаться этими изделиями, не узнавая в них свою работу.

Когда-то я не понимал своих начальников: почему они нам не выплачивают зарплату, а покупают что-то для производства? Думал, что это неправильно. А сам сейчас стал таким же. Как только появились деньги, сразу покупаю кожу и фурнитуру.

У меня нет помощников и учеников. И не будет. Конечно, рук катастрофически не хватает. Объем заказов растет. Но никаких подсобников и помощников в моем деле однозначно не будет. Потому что это рабский труд. Люди начинают гнаться за деньгами, а от этого падает качество. Хотя знакомым, которые интересуются кожей, я все показываю и рассказываю, ничего не скрывая. Но брать подмастерье не хочу. Была, правда, мысль объединить несколько мастеров, но ведь потом каждый начнет тянуть одеяло на себя.

Когда-то я не понимал своих начальников: почему нам не выплачивают зарплату, а покупают что-то для производства. Думал, что это неправильно. А сам сейчас стал таким же. Как только появились деньги, сразу покупаю кожу и фурнитуру. Без этого никуда, работа остановится. Я чаще использую рязанскую кожу, либо импортную – из Турции или Прибалтики. Качество волгоградских производителей меня не устраивает. Но цены на кожу у нас в городе прекрасные. Я постоянно езжу по разным городам, и мне есть, с чем сравнить.

Дело Мастера: кожаный путь Павла Мисюрина Featured Дело Мастера

фото Денис Богомолов для проекта «Дело Мастера» на «Живом Волгограде»

Абсолютно счастливый человек

Знаете, какое у меня любимое слово? Слово «нет». Оно прекрасно. Это слово, с одной стороны, выбивает тебя из колеи, но с другой – делает сильнее. Бывает, что клиент по какой-то причине отказывается делать заказ. Кому-то не понравилась модель, кто-то не готов платить за качество соответствующую сумму. Значит, так нужно. На данном этапе эти люди еще не оценили мои изделия. Я уверен, что покупать нужно только те вещи, которые нравятся. Мои клиенты в большинстве случаев хотят что-то необычное. И в этом наши взгляды совпадают. Иногда сошьешь вещь, она долго стоит, но потом все равно находит своего хозяина.

Я живу на полном позитиве. В моей голове нет негативных мыслей. В этом плане мы с супругой уравновешиваем друг друга. Она реалистка, а я всегда оптимист. Супруга меня сильно поддерживает. У меня была мечта, чтобы мое хобби приносило еще и деньги, потому что главное в жизни – это семья и дети. А для меня важно, чтобы мои близкие ни в чем не нуждались. Миллионов, конечно, не зарабатываем, но детей на ноги ставим. А что еще нужно для счастья? Да, я абсолютно счастливый человек.

Идея создания проекта «Дело Мастера» принадлежит волгоградскому фотографу Денису Богомолову. Он подготовил серию фотографий о местных ремесленниках, людях, которые сделали свое хобби главным источником заработка. Так на сайте «Живого Волгограда» появилась новая рубрика. Каждую неделю мы будем публиковать истории уникальных мастеров. В этих рассказах не будет политики или рекламы — только рассуждения настоящих работяг.

Если вы живете в Волгограде и на протяжении нескольких лет занимаетесь любимым ремеслом, сделав его главным источником дохода, то пишите нам и, возможно, именно вы станете следующим героем проекта «Дело Мастера».